о Бог с ней, Москвой!
Останемся в станицах и хуторах.
                На пороге праздника хозяину нет покоя. Именно он должен лично надзирать за всеми приготовлениями, совать нос в кастрюли, щупать кур и гусей, обнюхивать и раскладывать осетров по степеням свежести.
                Хорошо, хоть на стол подавать не заставляют. Для этого выделяется "добрый человек". Аналогичные люди стоят наготове у раздач - кастрюль и чанов с тяжелыми блюдами, поставцов с выпивкой. Часовые нужны, "штобы было брежно", чтобы пьяные гости не вывалили еду на пол, чтобы собаки и свиньи дворовые не залезли в корыто "оливье" с ногами. Понятно, что пост №1 - батарея огневой поддержки - ящики водки и коньяка, бочки пива, бурдюки или графины с вином. Опасность для объекта представляют любители "быстрой езды" и граждане, потерявшие координацию движений.
                Для подготовки постовых годится Устав гарнизонной службы Вооруженных Сил СССР любого года выпуска. Российского Устава я не читал, а в советском четко написано, чего не смеет часовой на посту: есть, пить, говорить, смеяться, сидеть, лежать, отправлять естественные надобности, выпускать из рук оружие (в нашем случае - штопор и половник), удаляться с девками на "рытье бруствера".
                Устав годится и для других задач. Вот, например, важнейший пункт - подача выпивки. Боезапас подается к столу исключительно по команде хозяина. На сторону бутылки и рюмки отпускать строго запрещается - это тяжкое воинское преступление, типа продажи гранатомета чеченским боевикам.
                Особый надзор нужен за посудой. Анекдоты о воровстве серебряных ложечек родились не на пустом месте. Для присмотра за сервизами и приборами тоже выделяются отдельные смотрящие, как в универсамах. Беда в том, что на пиршестве возникает толчея, одни едят, другие танцуют, третьи подозрительно манипулируют серебряными кубками или инкрустированными рогами. Тут бы хорошо установить по углам вышки с наблюдателями, но это не всегда вписывается в интерьер. Особо опасен в смысле расхищения этап транспортировки блюд. Наставник сокрушается, что приходится держать в памяти поданные и убранные со стола блюда, хранить в особых мозговых извилинах движение "сосудов сребряных и оловяных и медяных, оловяников и мушором, и ковшов и братин и блюд", - куда, что и в чем посылается. Например, уединившийся с секретаршей Главный Гость обычно требует в хозяйскую спальню выпивку и закуску.
                Серебро может исчезнуть: при доставке, после рандеву, непосредственно во время работы. Его почти неизбежно стырят разносчики, уборщики, охранники, телохранители Главного Гостя. Может в экстазе выкинуть в окно эскорт-шлюха.
                Приходится для порядка ставить наружное наблюдение. Надежный парень должен шнырять по двору и прилегающей территории. Его основным объектом охраны и обороны является хозяйское добро, которое здесь подвергается четверной опасности:
                - его могут припрятать на сеновале или в выгребной яме "свои";
                - украдут ожидающие во дворе кучера и водители гостей;
                - утащат слетевшиеся на запах "блаженные и нищие духом";
                - реквизируют менты, конролирующие общественный порядок.
                Кроме хозяйской собственности в группе риска находится честь мундира. Почетный гость, после перебора с секретаршей норовит выйти на простор и метит упасть в клумбу с кактусами или пораниться об оглоблю "Мерседеса". На другой день он спишет свой фонарь на ваше пренебрежение или злой умысел. Вероятна и дворовая ссора, если высокий гость набычится на чужих пацанов, а те в потемках не опознают авторитета. Между собой шестеренки тоже могут сцепиться, особенно если они от противоборствующих фракций.
                Самая тихая опасность - перекрестное воровство среди чужих водил. Или бензин друг у друга сольют, или овес уберут из-под морды чужой лошади.
                Ваш наружный сторож должен иметь постоянный контакт с хозяином и ключником. Пусть его рация имеет высший приоритет в системе связи. Понятно, он не должен пить, отлучаться, и так далее по Уставу.
                По окончании пира сразу считайте серебро, пусть его собирают отдельно, моют, укладывают на хранение и докладывают вам о сохранности или утратах. Отдельно учитываются остатки пира.
                В старое время считалось правильным, чтобы в конце пиршественного дня или ранним утром следующего хозяин получал полный отчет об итогах праздника. Сегодня это правило почти не выполнимо. Во-первых, хозяин тоже не железный, сценарий праздника предполагает, чтобы он надирался синхронно с Г.Г.; во-вторых, закончить пир к вечеру - это утопия. А утром - сами понимаете, головка бо-бо, где уж тут считать и "сметить".
                Учитель наш догадывается об этом из своего Благовещенского небытия. На случай хозяйской недееспособности он советует "перепытати у ключника", сколько и чего съедено, выпито, испорчено, украдено, послано неприехавшим гостям (бывает и такое). У ключника должны быть в порядке все документы: счета, накладные, чеки, объяснительные записки, копии милицейских протоколов. Баланс сумм по бумагам должен сходиться.
                И только потом, когда все обошлось, ничего не пропало по-крупному, убытки не превышают привычной нормы, уголовных дел не заведено и цель праздника достигнута, ключник и его команда получают поощрение.
                Это либо устная благодарность, либо мелкие деньги, пристойные остатки еды и вин. В особых случаях, когда по ходу пира получен большой политический или финансовый результат, когда вас включают-таки в партийный список или отмазывают от посадки, команда ключника награждается совсем серьезно.
                Это выгодно на будущее. Имея медаль "За заслуги в проведении спецоперации", ключник будет верен и честно послужит еще не раз. Поварята и стряпухи, награжденные радиоприемниками и купальниками, тоже не станут плевать в борщ.